Одиннадцатиклассник работал с архивами «Память народа» и обобщенным банком данных «Мемориал». И ему удалось узнать правду.
«Мой прапрадед Дмитрий Артёмович Дьяченко был призван Белокалитвинским районным военным комиссариатом в 1941 году в возрасте 34 лет. Оставил дома жену и двух маленьких сыновей – моего прадеда и его брата. Воевал на Юго-Западном фронте. С войны не вернулся, — рассказал ученик 11 класса Жирновской СОШ Степан Дьяченко, участник Всероссийской молодёжной акции «Наши семейные книги памяти». — Долгие годы в нашей семье хранилось извещение о гибели – «похоронка», в которой значилось: «Пропал без вести». Эта сухая, страшная фраза стала незавершённым горем. Жена и дети десятилетиями жили с бременем неизвестности».
Долгое время это было единственное свидетельство о судьбе солдата. Но школьник решил пойти дальше и провёл настоящее исследование. Работал с архивами «Память народа» и обобщенным банком данных «Мемориал». И ему удалось узнать правду.
«Я нашёл немецкую учётную карточку военнопленного. В ней чётко значится: дата рождения – 10 февраля 1907 года, полное совпадение с нашими семейными данными. И страшная дата: 4 ноября 1942 года. Причина: «Умер в плену». Место: лагерь для военнопленных «Шталаг 326 (VI-K) Зенне», — продолжает Степан Дьяченко. — Да, это был лагерь смерти, где советских солдат и офицеров морили голодом, где они умирали от тифа и непосильного труда. Мой прапрадед погиб там».
Сегодня память о Дмитрии Артёмовиче живёт в двух местах, далёких друг от друга. На родине, на мемориале погибшим воинам в хуторе Апанасовка Белокалитвинского района выбито его имя. И на месте его гибели, на Центральном советском воинском кладбище в Штукенброке (Германия), куда после войны с почестями перезахоронили останки узников лагеря.
«Я горжусь тем, что мой прапрадед не прятался, не сдался добровольно, а сражался, пока мог. И даже в плену – в аду, который устроили нацисты для советских военнопленных, – он оставался солдатом», — говорит Степан Дьяченко.
