Соседние крыши пробиты, вокруг — воронки и битый кирпич. Командир разведвзвода Хами готовится к выходу, но успевает рассказать: сумское направление сейчас — это противостояние дронов, мин и живой выдержки. Подробности — у «РГ».
Дроны Баба-яга — главный вызов на передовой. Тяжёлый аппарат с рёвом отбойного молотка висит на высоте 50–100 метров, сбрасывая боеприпасы. Его не видно с земли — только слышишь нарастающий гул и ждёшь удара. Без подавления дронов-разведчиков и FPV-атак ни одна наземная операция не начинается.
ВСУ не идут в лобовую атаку: бросают наблюдательные посты, оставляют документы и оружие, отступают в лесополосы. Массированных штурмов на российском направлении не было с 2025 года. Противник предпочитает дистанционную борьбу: сотня запусков дронов в сутки, «рой» коптеров, психологическое давление гулом.
Но техника не заменяет человека. Разведка пешком — реальность, где каждый шаг может стать последним. Взвод движется со скоростью 2 км/ч по заминированному полю: противник знает маршруты и готовит ловушки. «Мы прокладываем безопасный путь вперёд», — говорит Хами. Его «пацаны» идут первыми, чтобы за ними могли пройти другие.
Эвакуация мирных жителей в освобождённых Гуево и Горнале запомнилась командиру особо: бабушка 93 лет, дрожащие руки, простое «спасибо, сынки». «Неприятно, что люди попали в такую мясорубку», — признаётся он. Сейчас на передовой почти не осталось гражданских — только лесополосы, дроны и военные.
«У нас все герои», — утверждает Хами. Каждый, кто вовремя доложил с наблюдательного поста или вынес раненого, вносит вклад в общее дело. Бойцы взвода отмечены медалями «За отвагу» и орденами Мужества. Через 15 минут после разговора машина увозит командира туда, где снова жужжит «Баба-яга» и нужно контролировать «малое небо».
